Новые
Лучшие
Случайные
AnsWiki

Задайте свой вопрос

Общество, политика, СМИ

Что такое мультикультурализм?

Сейчас много говорят о кризисе политики мультикультурализма в Европе и мире. Что такое мультикультурализм? Есть ли ему альтернатива?

Ответ

Существуют описательные (дескриптивные) и нормативные (прескриптивные) высказывания. Первые лишь описывают действительность. Вторые — устанавливают нормы поведения, предписания, запреты. Если обратиться к общественным наукам, то дескриптивные (описательные) высказывания говорят о том, как в настоящее время устроено общество, какие в нём происходят процессы (констатация из наблюдения). Нормативные же (прескриптивные) высказывания говорят о том, как должно быть устроено общество (как решать существующие проблемы, что должны и что не должны делать люди). Ясно, что нормативные предписания, чтобы иметь положительный практический результат, должны быть основаны на понимании причин происходящих в обществе процессов, знании законов функционирования социума, видении некоего общественного идеала, сегодня не существующего, но которого стремятся достичь в будущем. 

Распространённой ошибкой мышления (и, соответственно, практики) является выдача существующего за должное, то есть дескрипции за прескрипцию: «То, что есть, то и должно быть». Именно такую ошибку совершили создатели теории мультикультурализма, возникшей в 1960-х — 1970-х годах в Канаде и США. Наблюдаемые в конце 20-го века в связи с интенсивной, ранее невиданной миграцией населения процессы возникновения в традиционных монокультурных обществах отдельных этнических групп, имеющих свою особую культуру (язык, обычаи, религию, традиции, правила поведения) и не интегрирующихся в культуру принимающей их страны, они объявили нормой, бездоказательно экстраполировав существующее положение в будущее: одновременное и параллельное существование разных культур в одном обществе — мультикультурность или мультикультурализм (сейчас принято не разделять эти понятия, а называть одним словом «мультикультурализм» и явление сосуществования в одном обществе многих культур, и политику, направленную на поддержание в обществе многокультурности).

Они совершенно забыли понятие культуры. Человек с рождения живёт в социуме и органически "вписывается" в культуру этого социума (этот процесс называется социализацией), что означает, что он не только копирует язык, манеру одеваться и другие сугубо внешние атрибуты принадлежности человека данному обществу, но обязан выполнять этические нормы поведения, сложившиеся в этом обществе, иначе оно будет его отторгать и осуждать. Культура складывается исторически, развивается, меняется, но на любом историческом этапе культура одна и только одна; не может быть у одного общества сразу несколько культур. В разных социальных, профессиональных слоях могут быть отличающиеся друг от друга культуры, называемые субкультурами (например, молодёжная субкультура), но тем не менее есть единая культура общества как целого. 

Тысячелетиями разные народы жили изолированно друг от друга, создавая каждый свою особую культуру (язык, обычаи, традиции, правила и нормы поведения). При взаимодействии культур происходил взаимный обмен их отдельными элементами, в результате которого культуры взаимно обогащались. Мы, например, едим макароны, плов, бананы, пиццу, слушаем джаз, Баха, носим шорты и джинсы, отмечаем наступление Нового года, поём С днём рожденья тебя»… — всё это общие элементы создающейся в результате процессов глобализации единой культуры человечества. 

Чем отсталее общество в своём цивилизационном развитии, тем крепче оно держится за традиции и противится изменениям, и тем хуже его представители способны вписаться в культуру другого общества (другого государства). Мигранты создают свои общины, строят свои религиозные храмы, отмечают свои национальные и религиозные праздники, выполняют традиционные для них ритуалы — получается как бы филиал своей родины на территории чужой страны, остающейся при таком раскладе чужой навсегда. 

Но невозможно обойтись без взаимодействия мигрантов с коренным населением и государственными институтами — и здесь возникают социальные проблемы: то, что недопустимо в культуре одной страны, считается допустимым в другой культуре, и наоборот (многожёнство, гомосексуальные отношения, короткие юбки, обязательная религиозность или свобода вероисповедания, неравноправие мужчин и женщин и т. д.). И дело здесь не только в неприятии чужих обычаев, то есть в нетолерантности и в невыполнении неписаных законов поведения, а в том, что некоторые элементы чужой культуры прямо противоречат существующим, писаным, государственным законам. Именно этот момент идеологи мультикультурализма упустили из вида, сказав, что многообразие параллельно существующих культур — это хорошо. Предположим, что в культуре некоего племени нормальным является каннибализм. Нужно ли ради сохранения многообразия культур давать возможность представителям этого племени продолжать соблюдать родные обычаи?

Обогащение человека и человечества в культурном отношении происходит при интеграции элементов разных культур, но не при параллельном (непересекающемся) их существовании. Я не стану богаче от того, что у соседа есть миллион.

Мультикультуралисты совершенно не рассматривают такое понятие, как прогресс, не хотят видеть тенденции развития человечества и не выстраивают единую шкалу, на которой разные культуры занимают разные места по уровню своего развития (из-за ложной политкорректности). Например, историческим фактом является уменьшение в развитых обществах религиозности, обмирщение (секуляризация) государства. Чем больше присутствует религия в государственной жизни (от произнесения президентом страны клятвы на Библии и упоминания Бога в речах до существования официальной государственной религии), тем отсталее в культурном отношении данное государство. Но мультикультуралисты вместо того, чтобы, учитывая тенденции, всячески нивелировать, гасить религиозные проявления в жизни общества, наоборот, раздувают и выпячивают религиозный вопрос — строятся мечети там, где до этого их никогда не было, открываются религиозные школы — под прикрытием громких слов о толерантности, многообразии культур, свободе вероисповедания. 

Другими критериями степени культурности общества, кроме религиозности, могут служить милитаризм, уровень идеологизированности общественной жизни (националистическая, патриотическая и прочая риторика национального превосходства и национальных интересов, представление о враждебности окружения, имперские  амбиции), уровень владения населением иностранными языками. Можно составить большой список критериев, по которым определяется степень цивилизованности того или иного общества. Как пример одного из критериев, можно привести отношение государства ко второму гражданству. На Украине, например, второе гражданство запрещено, а в России с недавнего времени гражданин обязан извещать государственные органы о наличии иностранного гражданства под страхом наказания за «сокрытие». И Украина, и Россия получают, таким образом, минус один балл в оценке расположения культуры общества на шкале цивилизованности. Конечно, данный вопрос абсолютно ещё не проработан обществоведами и предложенные критерии могут быть спорными, но уже сейчас понятно, что при таком анализе нас ждут интересные результаты.

Горе-учёные и такие же политики, видя существующие проблемы столкновения разных культур, «решили» эти проблемы очень просто — сказали, что пусть культуры сосуществуют одновременно… и без проблем — и назвали это мультикультурализмом. Мультикультурализм (или культурный плюрализм) — это сохранение и развитие в отдельных странах и в мире в целом культурных различий. То есть от громкого произнесения благих пожеланий с высоких трибун проблема конфликта культур перестанет существовать. Абсурд! Не удивительно, что свою ошибку спустя некоторое время пришлось признать. О крахе политики мультикультурализма уже объявили Ангела Меркель, Николя Саркози, Дэвид Камерон, а также бывшие премьер-министры Австралии и Испании Джон Ховард и Хосе-Мария Аснар, другие европейские лидеры. Но все они в качестве альтернативы мультикультурализму предлагают… опять мультикультурализм: «сохранение ценностей коренного народа», «противопоставить пришлым религиям традиционную религию». Ни о какой интеграции культур они не говорят, а опять же имеют в виду модель этнически (этнолингвистически, этноконфессионально) структурированного общества. Эти идиоты не понимают, что тем самым только разделяют людей и усугубляют проблему конфликта культур, возрождают проявления расизма и этнической ненависти, стимулируют сепаратизм. Упорство сильных мира сего в отстаивании национально-государственного деления понятно, т. к. никто не отменял их лозунга «разделяй и властвуй», но цепляние обычных людей за параноидально-шизофреническую идею национальной идентичности не имеет объяснения кроме обычного животного чувства стадности. Пусть будут до конца последовательными и откажутся от трудовых мигрантов, перестанут есть ананасы с гамбургерами, носят только традиционную одежду, придерживаясь своей самобытности.

Если раньше разные культуры могли существовать одновременно и параллельно, то теперь, с глобализацией, культуры не разделены границами и километрами, а представители разных культур живут в буквальном смысле рядом друг с другом — в одном обществе. Интеграция культур с неизбежным исчезновением каких-то их элементов — это естественный и необратимый процес, которому нет альтернативы. Пусть интеграция происходит трудно, с проблемами, но это не означает, что интеграцию культур надо объявлять несуществующей или вредной, а культуры — навечно параллельными. Тактически можно ослабить проблему конфликта культур с помощью повышения толерантности (терпимости), но нельзя её таким способом решить — если не осознать совершенно ясно, что понятие толерантности относится только к «безобидным» вещам типа «как другой человек может иначе сморкаться, чем он сам сморкается» (И. Тургенев «Отцы и дети»). Разные культуры — это не только разные песни и пляски (нетерпимость здесь, повторимся, решается воспитанием толерантности), но это ещё и разные нормы морали. Настоящий конфликт возникает не на почве разных языков, разных песен и танцев, а на почве разных нравственных норм. Конфликт культур (иногда говорят: цивилизаций) неизбежен до тех пор, пока нравственные нормы не станут одни для всех. Нравственные нормы по определению предназначены для регулирования взаимоотношений любых двух людей вне зависимости от того, к каким национальностям, религиям, идеологиям они себя относят. И здесь неизбежно, как сказано выше, выстраивание разных культур по уровням цивилизованности, то есть соответствия общечеловеческому нравственному принципу. 

 

Мультикультурализм

 

Обратим ещё раз особое внимание на то, что не все элементы разных культур конфликтуют друг с другом (многое в живописи, музыке, танцах, художественной литературе, театре, кино, кухне, одежде культур разных народов и времён прекрасно сосуществует одно с другим). Что-то отдельным людям может нравиться, что-то нет, но это не создаёт никакого конфликта у цивилизованных людей (если мне не нравятся, предположим, песни какого-то народа, то я просто не пою их и не слушаю, если мне не нравятся гомосексуальные отношения, то я просто  в них не участвую, -, но мне не приходит в голову всё мне не нравящееся объявлять безнравственным и запрещать). Проблемы начинаются там, где собственные обычаи и пристрастия (та или иная одежда, та или иная еда, та или иная норма поведения религиозного человека и т. д.) объявляются общеобязательной нормой нравственности, а всё чужое и непривычное запрещается; когда ошибочно к нормам нравственного поведения относят то, что к ним не относится — свои собственные вкусы, привычки, религиозную веру. К регулированию нормами нравственного поведения должно относиться только то, что может принести вред другому человеку. Если я не хочу, чтобы меня убивали, то и я не должен убивать. Если я не хочу, чтобы меня били, грабили, обманывали, то и я не должен бить, грабить, обманывать других. Это есть общечеловеческое, общекультурное «золотое правило нравственности».

Итак, для решения проблемы конфликта культур необходимо осознать, что:

1) Процесс интеграции культур с созданием одной общечеловеческой культуры объективен и остановить его нельзя (с исчезновением различий отдельных национальных культур, как это ни прискорбно для кого-то). Останутся несущественные различия, связанные с географическим положением региона и разницей климатических условий (где-то носят шубы, а где-то строрят дома из фанеры). Акцент в оценке культурных различий переместится с нации на отдельного человека: все люди разные, каждый человек есть индивидуальность, человек хорош или плох, интересен или нет не по своей принадлежности к той или иной этнической группе, а по личным качествам.

2) Система государств, построенных на этническом принципе, начинает с приходом глобализации испытывать кризис. В настоящее время (и даже раньше) наблюдается процесс перехода от национально-этнического принципа построения государств к сугубо территориальному принципу. Не только отдельные национальные особенности, но даже язык перестают играть определяющую государствообразующую роль. Где этого не понимают и продолжают иррационально (лишь под действием животных эмоций) упорствовать в стремлении сохранить «национальную идентичность», там неизбежны серьёзные проблемы.

3) Необходимы единые для всех нормы нравственного поведения, т. к. само понятие нравственности относится к взаимодействию любых двух или более людей, а не только принадлежащих к тому или иному изолированному социуму. Это, безусловно, означает элиминацию из общественного сознания религиозных институтов как законодателей нравственных норм.

4) Толерантность — это не есть терпимость ко злу (безнравственному поведению, приносящему вред окружающим), а только к вкусовым отличиям в поведении людей (одежда, сексуальные предпочтения и пр.). Толерантность людей  воспитывается всей окружающей человека социальной средой, в которой не делается акцент на вненравственных (национальность, цвет кожи, гражданство, сексуальная ориентация, религиозная вера и т. д.) различиях людей.

5) Любое проявление националистической идеологии даже в самых «слабых» формах (патриотизм, идея сохранения национальной идентичности, опора на «традиционные ценности») есть безнравственность, т. к. выделяются «предпочтительные» группы людей, что противоречит принципу нравственности, для которого все люди равны (кроме того, ведёт к тоталиризации общества, т. к. навязывает «хождение строем»). Странно и стыдно, что в 21 веке это не осознаётся даже так называемой интеллектуальной элитой, не говоря о всём человечестве. Если, слава богу, до большинства населения мира дошло, что деление людей на своих и чужих по цвету кожи (расизм) есть безнравственность, то в отношении национальности, гражданства осознать животное варварство и неэтичность такого деления ещё только предстоит (когда оценивая человека (прав он или нет, чью сторону принять, кого осудить, а кого признать невиновным) смотрят на его национальность или гражданство — главные идеологические «ценности» национализма и патриотизма). При чём тут, — спрашивается, — вообще национальность человека, если он подлец, мерзавец, негодяй или, наоборот, хороший человек?! Куда бы мы национальность, как критерий и принцип политической жизни, ни применяли, обязательно получится античеловечность. То же относится к любым вненравственным делениям людей (сексуальная ориентация, религия, земляк или нет, родственник или нет, цвет кожи).

Национальность по большому счёту определяется не генами, а принадлежностью к той или иной культуре. С интеграцией культур в одну общемировую культуру, следовательно, на дальний план (сугубо для историков, культурологов и антропологов) будет отодвигаться само понятие национальности, которое никакого практического смысла не должно иметь и не должно быть руководящим принципом общественно-политической жизни. 

 

Замечание. Данный ответ в части критики политики мультикультурализма не претендует на истину в последней инстанции, потому что вообще в сфере общественно-гуманитарных наук многое является спорным и не существует единых, общепринятых ответов на многие вопросы — на вопрос о мультикультурализме в том числе.

Новые вопросы